Украина – страна компромиссов

08.11.2018
| Новое Время
Сергей Фурса, специалист отдела долговых ценных бумаг Dragon Capital, говорит, что бедность и бардак 90-х породили влиятельную касту бандитов, компромисс с которыми породил приватизацию и на долгие годы сделал силовиков главной проблемой для экономики.

Каждый раз предпочитая не решать проблему, мы лечим ее морфием

В Украине очень любят находить компромисс. И постоянно предлагают искать его, даже с нашими врагами. И это одна из причин украинской бедности.

Украина родилась в новейшей истории и сразу заключила компромисс. Получив независимость от Советского Союза и коммунистической партии, Украина тут же договорилась с коммунистами, избрав их к себе в руководство. В результате вместо реформ и кардинальных изменений мы получили коррумпированную власть, несущую стране бедность.

Это была цена первого компромисса, когда страна замерла в шпагате, решив строить будущее, не отказавшись от прошлого, которое противоречило успеху. В это время в Польше и Балтии отказались от любых компромиссов с коммунистами и провели решительные реформы. Результат налицо.

Бедность и бардак 90-х породили влиятельную касту бандитов, компромисс с которыми породил приватизацию и на долгие годы сделал силовиков главной проблемой для экономики. В результате приватизация не стала фактором прихода иностранного капитала, превратившись в простое перераспределение собственности и породив касту олигархов. Украина на долгие годы закрыла свою экономику от мира. И потом, в рамках борьбы с олигархами, заключила с ними компромисс. В результате Украиной начали править олигархи. Это был самый блестящий компромисс.

В рамках движения в Европу Украина заключила компромисс с Россией, в результате которого перестала двигаться в Европу и не стала вступать в НАТО. Цена этого компромисса известна.

Потом Ющенко заключил компромисс с бандитом и фальсификатором выборов Януковичем, даже подписав какой-то меморандум, в результате которого к власти в Украине пришел бандит Янукович. Цена этого компромисса всем хорошо известна.

Параллельно Украина постоянно заключала компромиссы с Россией, в результате которых платила выше рынка за газ, не решаясь пойти в Стокгольм. Ценой этого компромисса стали миллиарды долларов, ушедших из Украины по компромиссному контракту 2009 года.

Майдан был протестом не только против Янковича, но и против всех этих опостылевших компромиссов. Против компромиссов с коррупцией и собственной совестью. Казалось, время компромиссов ушло, и мы наконец сделали свой выбор. Но только казалось.

В последние годы мы тоже идем на плохие компромиссы. Самый большой – попытка договориться с коррупционерами в рамках борьбы с коррупцией. В итоге главная проблема Украины остается. Мы заключаем компромисс с Коломойским, в результате чего налогоплательщики оплатили его финансовые махинации, а сам он остается на свободе, продолжая финансировать политические силы и телеканалы. Его банковский менеджмент не сидит в тюрьме, а презентует новые банковские продукты. Компромисс с евробляхерами, которым простили два года уклонения от налогов, установив таким образом новый стандарт. Скоро, наверное, будут компромиссы с бурштынокопачами, контрабандистами и любителями рубить лес.

Мы же всегда ищем компромисс. Даже с теми, кто нарушает закон. Да и сами законы — это зачастую компромисс. Такие компромиссы разрушают институты государства и являются одними из самых губительных.

А ведь впереди еще так много предложений. Тут тебе предлагают и компромисс с Россией, например. Компромисс с врагом на условиях твоего врага. Чисто украинский подход.

Может и прокатить. Исторически ведь мы так и поступали. Каждый раз предпочитая не решать проблему, а лечить ее морфием, заключать с ней компромисс. Прятаться от нее. Не замечать. Не находя для себя силы принять нужное решение, которое иногда могло быть болезненным. Но взрослым.

Мы каждый раз заключаем компромисс с коррупционерами, отдавая им голоса на выборах. И удивляемся потом, что в результате компромисса коррупционеры остаются коррупционерами, а результат их деятельности не меняется.

Можно оправдывать компромиссы собственной слабостью. Но суть в том, что наша слабость – это результат компромиссов.