Сверхприбыли. Почему железная руда достигла рекордных цен и как это заинтересовало украинскую власть

03.06.2021
| НВ.Бізнес
Денис Саква, старший аналитик Dragon Capital уточняет, что вслед за КНР и другие страны мира снимали коронавирусные ограничения и заливают свои экономики дешевыми деньгами.

Рекордные цены на железорудное сырье привели к росту прибыли украинских горно-обогатительных комбинатов и доходов их владельцев-олигархов. Но станет ли это долгосрочным трендом? И оправдано ли желание государства поднять ренту?

Среди самых прибыльных компаний Украины по итогам 2020 года оказались три горно-обогатительных комбината. Прибыль Южного ГОКа (принадлежит Группе Метинвест и структурам Романа Абрамовича) составила 18,24 млрд грн., Полтавского ГОКа (Ferrexpo) — 11,08 млрд грн., а Северного (Группа Метинвест) — 4,34 млрд грн.

Среднегодовая стоимость железорудного концентрата с содержанием железа 62% в портах КНР (основной рынок сбыта этой продукции) в прошлом году составила $104,4 за одну тонну. В середине мая 2021 года цена этого сырья впервые в истории цена превысила $200 за 1 тонну. А окатыши, которые производят на Полтавском и Северном ГОКах, подорожали более чем до $300.

Как результат, это не только привело к большим доходам металлургических компаний (Метинвест отчитался о росте показателя EBITDA в 1 кв. 2021 года до $1,46 млрд против $373 млн годом ранее), но и к интересу со стороны государства о повышении налогообложения сверхприбылей олигархов.

В середине мая Кабмин одобрил законопроект о внесении изменений в Налоговый кодекс, согласно которым ежегодные поступления в бюджет вырастут на сумму до 60 млрд грн. И существенная роль в этом повышении отводится повышению эффективности взимания рентных платежей по добыче полезных ископаемых. Ожидается, что после принятия правок, производители ЖРС будут платить гораздо более высокую ренту. Но только в периоды высоких цен на свою продукцию.

НВ Бизнес разбирался в причинах рекордных цен, их влиянии на развитие отрасли и желания политиков. А также выяснял: станут ли новой реальностью для горно-металлургического комплекса высокие цены и новые налоги?

Перестимулировали

Пандемия, связанная со стремительным распространением коронавирусной инфекции COVID-19, а также вызванная ею остановка целых секторов экономики, в конце прошлого года пошла на спад. Китай, а также более развитые страны западного мира, первыми начали возвращаться к нормальной жизни и запускать свою экономику.

«Правительства по всему миру принимают меры, стимулируя экономику после спада, связанного с глобальной пандемией COVID-19. Мы наблюдаем явный всплеск спроса со стороны конечных потребителей стали, связанный с глобальной пандемией и проходящий через всю металлургическую цепочку формирования стоимости», — рассказали НВ Бизнес в железорудной компании Ferrexpo, которая оперирует Полтавским и Еристовским ГОКами в Полтавской области.

Александр Мартыненко, глава департамента по корпоративному анализу группы ICU, в качестве примера приводит Китай, где власти прибегли к беспрецедентным по своим масштабам мерам фискального, монетарного и кредитного стимулирования. «Огромные объемы дополнительной денежной массы потекли прежде всего в наиболее интенсивно потребляющие сталь сектора строительства, недвижимости и инфраструктурных объектов», — говорить Мартыненко.

Денис Саква, старший аналитик Dragon Capital уточняет, что вслед за КНР и другие страны мира снимали коронавирусные ограничения и заливают свои экономики дешевыми деньгами. «При этом предложение ЖРС является ограниченным», — уточняет Саква. Дело в том, что в Бразилии и Индии, которые являются крупными нетто-экспортерами ЖРС, возникли сложности с обеспечением спроса. Они были связаны как с карантинными мерами из-за коронавируса, так и с авариями. Например, Vale до сих пор не может восстановить добычу после прорыва дамбы в Брумадиньо 2,5 года назад.

В результате, в первой половине мая стоимость ЖРС с содержанием железа 62% на спотовых рынках в КНР достигла $238,64, а окатышей (Fe 65%) — приблизилась к $307.

Дополнительную динамику ценам дало то, что значительная часть денежных средств перетекла также и на биржевые рынки. «Большое количество институциональных и индивидуальных инвесторов придали росту цен мощный дополнительный импульс», — уверен Мартыненко.

Украинский контекст

Украина является одним из крупнейших в мире производителей и экспортеров железорудного сырья. По данным ОП Укрметаллургпром, в 2021 году украинские компании экспортировали более 46 млн тонн железорудного сырья (+16% год к году). Согласно данным Государственной таможенной службы Украины, стоимость этой продукции составила $4,24 млрд. Наверняка отечественные экспортеры в полной мере воспользовались моментом и в 1 полугодии текущего года.

Но ситуация не осталась без внимания властей: начались разговоры о возможном внесении изменений в Налоговый кодекс в части налогообложения добычи руды. Опрошенные НВ Бизнес инвестаналитики считают, что рыночная ситуация вполне могла стать катализатором для таких идей.

«Резкий рост прибыльности металлургических и железорудных производителей безусловно является лакомым кусочком для вечно дефицитного украинского бюджета и лежит на поверхности как легкий способ его наполнить», — говорит Денис Саква.

Дмитрий Хорошун, аналитик Concorde Capital, напоминает о неспособности правительства договориться с МВФ.

Но следует отметить, что предложенный механизм расчета ренты предполагает, что при низких ценах на ЖРС украинские производители будут платить меньше налогов, чем сейчас. Дополнительные объемы налогов будут взыматься лишь в период высоких цен.

Согласно подсчетам Concorde Capital, Группа Метинвест и Ferrexpo платят налог на прибыль и рентные платежи на добычу железной руды в размере около 13% от цены продаваемого ЖРС (при уровне цен, которые были по состоянию на 25 мая 2021 года).

Даниил Гетьманцев, председатель Комитета ВР по вопросам финансов, налоговой и таможенной политики, в интервью НВ Бизнес рассказал, что сейчас государство получает только $2 с каждой тонны руды в виде ренты. Так как базой налогообложения является не себестоимость, а стоимость добычи руды, которая не включает затраты на агломерацию или производство окатышей. «Два доллара, хотя руда стоит 150, 200, понимаете, да? То есть сейчас собственник, украинский народ получает чуть больше 1% стоимости своего имущества», — пояснил нардеп.

Нюансы продаж

Следует отметить, что индексы, которые публикуют Bloomberg и другие подобные сервисы, — это спотовые цены, в которых и продавец, и покупатель могут по своей воле определять дату поставки. «То есть продавец может подождать, например, неделю, с надеждой на то, что цена пойдет вверх. Если через неделю цена действительно пойдет вверх, и спрос останется (продавец сможет продать), то это (подождать) окажется хорошим решением. И наоборот — цена может пойти вниз, тогда продавец не угадал», — поясняет Дмитрий Хорошун. По его оценке, менее 50% украинских концентрата и окатышей продается по такой схеме. Остальное — это поставки по долгосрочным контрактам, в которых фиксируются объемы.

Но цены в таких контрактах все равно индексируются в зависимости от изменения спотовых индексов. «Так что цена большей части руды привязана к споту тем или иным способом», — говорит Денис Саква.

И по этим показателям можно оценивать динамику выручки железорудных компаний. А вот их прибыльность в первую очередь зависит от себестоимости производства и цены логистики.

«Себестоимость производства железной руды снизилась на 13% до $41 за тонну в 2020 году, отражая операционные улучшения, повышение производительности, падение цен на сырьевые товары и девальвацию валюты», — рассказали в Ferrexpo.

Такая динамика в прошлом году пояснялась падением цен на газ, электроэнергию, дизельное топливо, сырье и т. д. «Сейчас тренды развернулись и очень подорожали материалы, которые привязаны к стали (например, стальные шары мелющие), очень сильно подорожал газ. Дорожает нефть и соответственно дизельное топливо. В этом году мы увидим разворот тренда», — уверен Денис Саква.

Дмитрий Хорошун подсчитал, что сейчас себестоимость на ГОКе на $5−7/т выше, чем в 2020 г. Еще на $11−12 за тонну подорожала стоимость доставки в Китай, который обеспечивает 30−50% объема продаж украинских концентрата и окатышей.

«По состоянию на май 2021 г., я думаю, себестоимость производства окатышей Ferrexpo (на ГОКе) вполне могла вернуться на уровень 2019 г., то есть к $47−48/т», — говорит Хорошун.

Саква предполагает, что в нынешнем году этот показатель в итоге приблизится к $50/т.

Стоимость доставки в Китай 1 тонны ЖРС в конце мая составляла около $26, а в середине месяца достигала $30. Но если цена ЖРС продолжит падать, то и ставка фрахта снизится.

Но мы видим, что суммарно эти два основных компонента, формирующих затраты производителя, не превышают $80−85 на тонне окатышей. При том, что их цена на пике превышала $300 за тонну.

Будет дешеветь. Но когда?

«Сегодняшние цены находятся на уровне значительного максимума, поэтому было бы разумно ожидать, что цены вернутся к историческим уровням», — так в Ferrexpo комментируют возможное снижение стоимости ЖРС.

Дмитрий Хорошун считает, что «залет» за $200/т был кратковременным и не повторится в ближайшем будущем. «В ближайшие несколько месяцев я вижу очень широкий диапазон для цены на ЖРС (62% железа в Китае): от $120 до $190/т», — говорит аналитик Concorde Capital.

Аналитики глобальных инвестиционных банков сходятся на мнении, что средние цены за год составят $145. Хотя их прошлогодние прогнозы не превышали $100.

Дмитрий Хорошун поясняет, что сейчас на рынке есть ряд факторов, которые разнонаправленно влияют на цены.

Позитивно влияют высокие цены на металлолом (который является альтернативным сырьем для металлургии), высокий спрос на сталь и объемы ее производства в КНР, а также оживление экономик за пределами Китая по мере вакцинации (США, Европа).

Среди негативных факторов, которые повлияют на сокращение спроса в КНР: борьба со спекулянтами на сырьевых рынках; борьба с инфляцией, в том числе из-за роста цен на сырье; снижение денежно-кредитного стимулирования экономики и введение налога на жилую недвижимость.

Александр Мартыненко из ICU отмечает, что обвал цен на сталь и ЖРС и на сталь в Китае уже начался. «Судя по всему, китайские власти стали всерьез обеспокоены последствиями спекулятивного роста цен для экономики, поэтому перешли от общих призывов и предупреждений, которые не возымели должного эффекта в предыдущие месяцы, к более конкретным действиям», — говорит Мартыненко. Он напоминает, что китайские власти уже «вызывали на ковер» представителей металлургических компаний и ввели регуляторный запрет банкам продавать индивидуальным клиентам продукты с привязкой к сырьевым ценам.

Хорошун также обращает внимание на обвал прибыльности производства стали в Китае. «Это очень резкое движение произошло быстро, и рынок ЖРС может продолжить движение вниз как реакцию на этот важнейший фактор», — допускает Дмитрий Хорошун. Если в феврале китайские металлурги получали 100 юаней убытка на каждой тонне стали, то в апреле-мае — рекордную прибыль — 1450−1700 юаней на тонне. В конце мая этот показатель обвалился до более привычных для отрасли 450 юаней.

Все это в сумме может привести к сокращению спроса и снижению цен. В Dragon Capital напоминают, что давать прогнозы по ценам — это очень неблагодарное занятие. «Но так как фундаментальные причины роста цен пока никуда не ушли, то вряд ли цены будут падать намного сильнее. Скорее всего будут колебаться в диапазоне от $150 до $200», — предполагает Денис Саква.

А значит украинские экспортеры ЖРС в этом году получат очень хорошие финансовые результаты, которые станут раздражителем для власти.